Две головы Владимира Кехмана

Жители России продолжают протестовать против увольнения директора Новосибирского театра оперы и балета Бориса Мездрича, который якобы «оскорбил чувства верующих» постановкой «Тангейзер». Театральные деятели в свою очередь сомневаются, что назначенный вместо Мездрича Владимир Кехман сможет совмещать работу в двух театрах — новосибирском и петербургском. В это время следственный департамент МВД настаивает на том, что Кехман, являясь основателем и некогда руководителем компании-банкрота JFC, мог быть причастен к хищениям на многомиллиардную сумму. Скандал набирает все новые и новые обороты.

С конца февраля в Новосибирске продолжается конфликт из-за постановки «Тангейзер» режиссера Тимофея Кулябина. Сначала недовольны оперой были только православные активисты, которые пожаловались в правоохранительные органы и заявили, что их чувства были оскорблены. Однако к гонителям оперы скоро присоединилась прокуратура и чиновники Министерства культуры. Первые возбудили административное дело в отношении режиссера (через месяц суд иск отклонил), а вторые призвали режиссера внести изменения в постановку и извиниться перед зрителями. Кульминацией нападок стало «молитвенное стояние» в Новосибирске, во время которого звучал, к примеру, лозунг «Защитим святыни — спасем Россию». Минкульт посчитал это руководством к действию, и директор Новосибирской оперы Борис Мездрич был уволен.

Однако чиновники получили неожиданный отпор от театрального сообщества, которое обычно объединяется с трудом. Лев Додин, Марк Захаров, Олег Табаков, Константин Райкин — все они высказались в защиту Мездрича, режиссера постановки Тимофея Кулябина и свободы творчества. «Такого единения среди режиссеров я не чувствовал никогда, — заявлял среди прочих художественный руководитель и главный режиссер БДТ имени Товстоногова Андрей Могучий. — Сделано очень много открытых высказываний, есть консолидация — у всех ощущение тревоги. Уверен, что в светском государстве свобода творчества не должна зависеть от какой-либо конфессии».

При этом очередной толчок скандалу придало имя нового руководителя оперы, назначенного Минкультом. Им стал Владимир Кехман, который с 2007 года возглавляет Михайловский театр в Санкт-Петербурге. Причем к должности он готовился заранее и стал единственным крупным театральным деятелем, публично присоединившимся к гонителям на «Тангейзер».

Пикантности ситуации добавляет то, что Кехман является основателем и некогда руководителем компании-банкрота JFC, которая проходит по делу о крупном мошенничестве и в офисах которой в начале апреля прошли обыски. По данным следственного департамента МВД, в результате банкротства этого предприятия кредитным учреждениям 
был причинен ущерб на сумму более 5 млрд рублей. Причем ведомство также заявило: «Есть все основания считать, что сумма доказанного ущерба существенно возрастет». Как сообщала газета «Ведомости», решение Министерства культуры о назначении Кехмана в Новосибирск в штыки было воспринято Сбербанком: там его возможности и умения как менеджера, чей «бизнес потерпел крах», посчитали весьма сомнительными.

В связи с этими событиями в прошедшее воскресенье, 5 апреля, на митинг в Новосибирске собрались уже защитники «Тангейзера» и свободы творчества: около пяти тысяч человек призвали отправить в отставку министра культуры Владимира Мединского и вернуть на пост руководителя оперы Бориса Мездрича. Конца скандалу пока что не видно: Кехман первым делом изъял постановку из репертуара и приказал сотрудникам обустроить личный кабинет, а также признался, что его не беспокоит мнение митингующих.

Эти заявления уже осудили некоторые представители театральной сферы. Андрей Могучий как-то сказал, что ни в одном проекте Кехмана участвовать не будет. Депутаты петербургского парламента Максим Резник и Марина Шишкина в свою очередь призвали Смольный произвести обмен директорами, пригласив в Михайловский театр Бориса Мездрича, который считается в театральном сообществе одним из лучших менеджеров страны.

Между тем полномочия Кехмана в Михайловском театре уже начали урезать. На данный момент чиновники приняли решение лишить его административно-финансковых функций, оставив художественным руководителем учреждения. В театральной общественности ходят слухи, что Кехман в скором будущем может оставить и этот пост — якобы у правительства есть несколько кандидатур на должность худрука.

К слову, у ряда экспертов возникают вопросы, почему за Кехманом было сохранено именно творческое направление. В театральную сферу он пришел из фруктового бизнеса, на котором разбогател в 90-е годы. Критик Татьяна Москвина хвалит Кехмана как раз за «деловую хватку», свойственную бизнесменам тех времен, а заслуженный артист России Леонид Мозговый, выступивший резко против гонений на «Тангейзер», называет Кехмана «хорошим администратором».

«У меня сложное отношение к Кехману, — отмечает художественный руководитель Молодежного театра на Фонтанке Семен Спивак. — Его личные качества мне не близки, но надо признать, что как менеджер он с работой справлялся хорошо, голова у него креативная. После приглашения в Михайловский певицы Елены Образцовой и хореографа Начо Дуато статус театра значительно поднялся, и мировой прессой он признавался одним из лучших в Европе. Впрочем, художественным руководителем должен быть режиссер по образованию».

Противники Кехмана заявляют, что он руководил учреждением культуры как футбольным клубом: все, что он мог — это «купить игроков», отмечает критик Марина Дмитревская. Более того, есть подозрения, что подобный подход Кехман будет применять и в Новосибирске: уже объявлено, что на фоне сокращения бюджетов театров Новосибирской опере будет выделено дополнительное финансирование. «Это вызывает множество вопросов к политике министерства, — говорит Дмитревская. — Мездрич управлял театром без дополнительного финансирования, и театр был полон. Почему тогда Кехману нужно больше денег?»

По мнению эксперта, «купить» понимание художественной жизни невозможно: художественными категориями Кехман не овладел, полноценного театрального образования он так же получить не смог. «Владимир Кехман в роли художественного руководителя — это нонсенс. Он часто говорил, что, вкладывая деньги в Михайловский, приобретает статус. Ему понадобился для этого и диплом продюсера. Когда Кехман был студентом Театральной академии, он должен был учиться у меня анализу спектакля, но в аудитории я его ни разу не видела. Никто никогда не скрывал, что зачеты ему ставили по звонку из Смольного», — рассказывает Дмитревская.

Между тем все собеседники издания не представляют, как театральный управленец будет совмещать две должности. «В таком режиме я смог отработать всего лишь в течение двух лет. Это очень сложно», — рассказывает Семен Спивак, который в свое время работал худруком Московского драматического театра имени Станиславского, не отказавшись от руководства Театром на Фонтанке. По его словам, совмещение сказывается на актерах негативно. «Мой опыт показывает, что лучше бить в одну точку, иначе труппам будет очень трудно. Есть существенное отличие между командой, с которой ты работаешь долго, и командой, которой ты руководишь наездами. К тому же наезды очень изматывают: и это я еще обходился без перелетов. На двух стульях усидеть невозможно», — замечает собеседник «Росбалта».

С ним согласен художественный руководитель Театра «Лицедеи» Виктор Соловьев. «Это дирижер Валерий Гергиев может руководить несколькими оркестрами. Там армейская дисциплина: как только он приезжает, все смычки уже наготове, все музыканты вымуштрованы. Он уезжает, а другой оркестр уже ждет его приезда. В театре совсем другая ткань. Актеры требуют индивидуальной работы, иначе в труппе начинаются шатания. Совмещать работу в таких крупных театрах можно только в том случае, если у тебя две головы», — говорит он.

Казалось бы — поводом для назначения руководителя из Петербурга мог послужить кадровый голод в Сибири. Однако эксперты не разделяют эту точку зрения. По словам Марины Дмитревской, в Сибири театрами руководят крупнейшие деятели культуры России и мира, а приглашение того же Бориса Мездрича составило бы честь любому культурному учреждению страны. «Из прекрасных директоров, работающих в Сибири и на Дальнем Востоке, можно составить целый список», — рассказывает ректор Новосибирского государственного театрального института Яна Глембоцкая. По ее мнению, также можно «отыскать немало молодых и энергичных менеджеров», однако у них пока что нет необходимого для руководства опыта.

В любом случае, в профессиональном сообществе уверены, что кандидатура директора оперного театра должна проходить широкое обсуждение. Обществу необходимо удостовериться, что выбран не просто удобный человек, а профессионал, который способен руководить оркестром, балетной и оперной труппами. Судя по всему, в Министерстве культуры о такой процедуре даже не подумали и своими же руками подогрели и так неутихающий скандал.

Петр Трунков

Источник: rosbalt.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *